ФАС нашла замену Лондонской бирже в ценообразовании на алюминий
В пятницу, 29 мая, истекает срок исполнения выданного в марте предупреждения Федеральной антимонопольной службы в адрес «Русала» относительно внутрироссийских цен на алюминий. Как рассказали РБК три источника, знакомые с ходом дискуссии о новой формуле цены, служба предложила изменить принцип ценообразования на алюминий на внутреннем рынке, отказавшись от привязки к котировкам Лондонской биржи металлов (LME). Вместо этого предложено использовать так называемый экспортный паритет — средневзвешенную цену поставок в Китай, Азию (без Китая), Европу и Америку за вычетом стоимости логистики и пошлин, говорят собеседники. Собеседники рассказывают, что в ходе дискуссии представители перерабатывающей отрасли отмечали, что действующая формула цены уже привела к росту импорта китайской продукции на 63% и потере конкурентоспособности российских полуфабрикатов на внешних рынках. Производители алюминия (практически монопольным поставщиком металла в России является «Русал») предупредили, что занижение цены может спровоцировать дефицит алюминия внутри страны и сокращение инвестиций в отрасль. Механизм, который предлагает ФАС, называется «нетбэк» (от англ. netback). Из цены, по которой «Русал» продает алюминий на экспорт (например, в Китай или Турцию), вычитаются все расходы, связанные с доставкой: фрахт, сборы, страховка. В итоге получается «чистая» цена на заводе производителя — именно ее регулятор предлагает сделать ориентиром для внутреннего рынка. По оценкам источников РБК в отрасли, сегодня российские переработчики платят за металл значительно больше, чем иностранные покупатели, что ФАС считает необоснованным. Предложенная ФАС формула — расчет средневзвешенной нетбэк-цены по четырем экспортным направлениям — предполагает учет реальной географии поставок. По данным собеседников РБК, ФАС также предлагает включить в расчет региональные премии (надбавки к биржевой цене), которые являются частью экспортной альтернативы. Сторонники нового подхода считают, что он уравняет шансы российских производителей полуфабрикатов с китайскими и турецкими конкурентами. Тем не менее участники рынка выразили опасения, что снижение цены на алюминий на внутреннем рынке сделает экспорт более выгодным, спровоцировав отток металла за границу и создав дефицит внутри страны, говорят собеседники РБК. По словам одного из участников обсуждения, представители «Русала» в качестве аргументов отмечали, что цена на алюминий на внутреннем рынке номинируется в рублях и за последние три года выросла «адекватными другим экономическим индикаторам темпами» — чуть выше инфляции, но ниже роста тарифов ЖКХ. При этом почти за 20 лет действия предписания ФАС, которое привязывало внутреннюю цену на алюминий к LME, внутреннее потребление алюминия выросло вдвое, с 500 тыс. до 1 млн т. Импорт растет по всем товарам, не облагающимся высокими пошлинами, и будет расти, пока рубль будет оставаться таким крепким. По причине крепкого рубля российские экспортеры неконкурентоспособны на мировых рынках, отмечали в ходе обсуждения представители алюминиевого производителя, чьи слова пересказал источник. По данным Росстата, с января 2024 года по март 2026 года базовый индекс потребительских цен вырос на 15,5%, тарифы на жилищно-коммунальные услуги — на 24,8%, цены на автомобильный бензин — на 51,4%. Биржевая цена алюминия на LME в рублях за тот же период выросла на 23%. Для сравнения, медь подорожала на 35%, а цена никеля снизилась на 4%. В «Русале» не ответили на запрос к моменту публикации материала. РБК направил запросы представителям перерабатывающей отрасли. В пресс-службе ФАС РБК заявили, что ведомство ведет комплексную работу по формированию подходов к ценообразованию на первичный алюминий на российском рынке. Для этого 22 мая состоялось заседание экспертного совета в сфере промышленности. По мнению ведомства, с целью обеспечения конкурентоспособности отечественных переработчиков алюминия его стоимость на российском рынке не должна превышать стоимость экспортных поставок. Формула цены на алюминий, как считают в ФАС, может обеспечить прозрачность ценообразования на российском рынке. В настоящее время служба совместно с Минпромторгом ведет работу по формированию биржевого российского индикатора на алюминий, а проект соответствующего нормативного правового акта проходит общественное обсуждение. Как соотносятся цены на разных рынках Директор проектов «АТК Консалтинг» Артем Харитонов отмечает, что алюминий на LME торгуется на четырехлетнем максимуме из-за перебоев поставок с Ближнего Востока. Ситуация обостряется планируемым введением контроля экспорта бокситов из Гвинеи, ключевого сырья для производства алюминия. Но, как отметил эксперт, Шанхайская биржа и китайский внутренний рынок на это почти не реагирует — Китай имеет достаточные внутренние мощности. Внутренняя цена «Русала», по словам Харитонова, исторически рассчитывается как «котировки LME плюс европейская премия», что делает ее выше уровней и LME, и SHFE. Парадокс в том, что эта формула привязана к европейскому рынку, куда «Русал» фактически не поставляет алюминий из-за санкций, тогда как реально металл идет в Азию и Китай. Из отчетности «Русала» следует, что Россия — второй по величине рынок для компании после Китая. В 2025 году продажи на внутреннем рынке выросли на 3,2%, до $3,85 млрд (или 26% от всей выручки). Выручка, которая пришлась на Китай, составила $5,17 млрд (35% от общей суммы), еще $1,19 млрд (8%) пришлось на Южную Корею. Опрошенные РБК эксперты приводят оценки этого ценового разрыва на европейском и азиатском направлениях. По словам советника управляющего фонда «Индустриальный код» Максима Шапошникова, при текущих ценах алюминий на LME (примерно на уровне $3,7 тыс. за тонну) с учетом роттердамской премии (которая по состоянию на март составила $375 за тонну) дороже металла с Шанхайской биржи примерно на $400–500 за тонну. В настоящее время превышение внутренней цены над средневзвешенным нетбэком (исходя из географии поставок «Русала») составляет $300–400 за тонну, или 8–10%. Это, по оценкам эксперта, и есть та «рента», которую ФАС считает необоснованной. Он отметил, что накопленный эффект переплаты для российских переработчиков за 2023–2025 годы оценивается более чем в 100 млрд руб. Ведущий аналитик «АМаркетс» Игорь Расторгуев оценил разрыв между внутренними ценами и экспортной альтернативой еще выше — в $500–700 за тонну. Он добавил, что после запрета на импорт российского алюминия в США и Великобританию (апрель 2024 года) экспорт переориентировался на Китай, где цены, по его словам, на 5–10% ниже лондонских. Управляющий директор НКР Дмитрий Орехов говорит, что глобальная цена алюминия по LME и SHFE находится примерно в одном диапазоне, а конечный уровень в каждом регионе определяется логистикой и региональными премиями либо дисконтом. Что эксперты предлагают взамен Орехов предлагает, как и ФАС, опираться на средневзвешенный экспортный нетбэк по ключевым направлениям с учетом премий и вычетом логистики и пошлин. Внутренняя цена, по его мнению, может задаваться в коридоре 95–105% экспортного паритета, а приоритетная доля производства (30–40%) закрепляется за внутренним рынком по этой формуле, с прозрачной методикой расчета и регулярной корректировкой параметров по объективным индикаторам. По его словам, такая схема дает переработчикам цену не выше «реального» экспортного уровня, а производителю — приемлемую маржу и стимулы инвестировать. Кирилл Широков, менеджер «S+Консалтинг», полагает, что привязка к LME сегодня менее актуальна, поскольку западные страны не являются рынком сбыта. Но и «чистый китайский нетбэк» может привести к сокращению внутренних поставок в пользу экспорта, что не соответствует интересам российской обрабатывающей промышленности. «Необходим такой механизм, чтобы сохранить инвестиционную привлекательность «Русала», с одной стороны, и дать переработчикам предсказуемость — с другой», — говорит эксперт, добавляя, что идея перехода на квартальную формулу смешанного нетбека выглядит «логичной». Компромиссный механизм, по мнению Широкова, может включать 40% от цены LME + 60% усредненного азиатского нетбэка минус логистика, с «мягким полом» на уровне LME минус $200 за тонну и фиксированной внутренней логистической премией, которую следует индексировать каждый квартал, привязав к индексу фрахта. Расторгуев считает возможным компромисс в виде средневзвешенной цены на базе реальной географии поставок с нижней границей (себестоимость плюс минимальная рентабельность) или поэтапного перехода с ежемесячным пересмотром цен по скользящей средней котировке LME и SHFE. Без компромисса, по его мнению, российский рынок рискует потерять компетенции в переработке алюминия и усилить зависимость от импорта. Харитонов отмечает, что предложенная ФАС модель несет риск сохранения управления ценообразованием за «Русалом». Цена, по его словам, зависит от экспортного микса (структуры поставок по странам), которым управляет производитель, а нетбэк — это внутренняя расчетная величина, которую сложно оценить. Компромиссом, по его мнению, могло бы стать включение коэффициентов «торможения» к LME и SHFE, балансируемых через процентное соотношение веса между ними. Это создало бы верхний «потолок» на уровне мирового паритета и снизило бы возможность манипуляций со стороны ключевого поставщика. Шапошников убежден, что привязка цены к котировкам Шанхайской биржи решит проблему лишь частично, поскольку риск того, что российские клиенты будут платить дороже китайских, сохраняется. Эксперт считает необходимыми более жесткие меры — установление потолка цен по примеру рынка нефтепродуктов и обязательный объем продаж металла внутри России.